Encyclopedia Terroristica

Источник публикации: Пси-фактор http://psyfactor.org

«Норд-Ост» — психологический портрет событий

Н.С. (Наталья Савицкая, корреспондент «Независимой газеты») — Сегодняшний разговор — о психологической стороне случившегося. Сейчас все чаще употребляют термин «психологическая война». Если это действительно так, то и главные воющие стороны в ней — это психологи. Я имею в виду, что действия той стороны, вне сомнений, направлялись и направляются еще, видимо, и психологами?

В.Л. — Идет просто война, а в войне всегда есть психологическая составляющая, играющая то явную, то неявную, но всегда первостепенную роль. Многие годы я занимаюсь практической психологией конфликтов и поединков и могу вам сказать, что с психологии, верней, с психики война начинается, ею ведется и ею же завершается. Психологический фактор играет решающую роль в исходе любого конфликта, любой войны, и в истории уйма примеров, когда сторона, имеющая подавляющее материальное превосходство, более сильная численностью и оружием, все же проигрывает противнику, превосходящему ее всего лишь психологически — боевым духом, волей, умом, интеллектом.

Что же до конкретного участия психологов в этой войне, то это, естественно, тайна, покрытая мраком. Сказать можно пока одно: если психологи тут работают, то работают кошмарно, работают с минусом, работают наоборот — с обеих сторон. Иначе война была бы уже давно закончена. А точнее — ее бы не было. И не было бы в том числе и трагедии на Дубровке.

Н.С. — По горячим следам событий — что было ошибкой с нашей стороны в ответ на их психологическую атаку? Удалось ли нам исправить ошибки в дальнейшем?

В.Л. — Психологических ошибок было много, они подлежат профессиональному анализу — и, по понятным причинам, в основном не публичному. Слава Богу, что психологическая дремучесть террористов наши ошибки далеко перекрыла — и благодаря этому удалось все-таки переиграть противника и избежать худшего.

Главной нашей ошибкой было само допущение возможности этого террористического спектакля. Наши силовые чиновники, вместе с их штатными психологами просто проспали ситуацию — зачем же они и существуют, силовики наши, особенно ФСБ, как не затем, чтобы разведывать и просчитывать заранее, предвидеть, предупреждать и ПРЕДОТВРАЩАТЬ подобное?..

В первые часы событий у публично выступавших представителей силовых структур были заметны растерянность, страх, подавленность и виноватость. Эти понятные, но проигрышные эмоции быстро сменились закрытостью, показной уверенностью и подчеркнутым озлоблением против чеченцев, что тоже понятно, однако не могло скрыть общего контекста психологического поражения. Своевременный и успешный штурм, спасший большинство заложников от самого страшного исхода, не может оправдать гибель меньшинства, и в гибели этой виновны не только террористы, она и на совести тех, кто обязан был не допустить случившегося. Пока лишь один президент Путин попросил за всех прощения у родных погибших — но этого недостаточно...

Н.С. — Какими будут последствия трагедии на Дубровке для чеченского и русского народа? Какие главные выводы должны мы вынести из этого урока?